Главная > Иудаизм, О Евреях, Политика, Сионизм > Борьба евреев СССР…

Борьба евреев СССР…

2010/01/01

Речь главы правительства на мероприятии, посвященном сорокалетию с начала борьбы евреев СССР за право репатриации в Израиль

Уважаемые дамы и господа!

Сегодняшнее волнующее мероприятие посвящено сорокалетию с начала борьбы советских евреев за право свободной репатриации в Израиль. Победа, достигнутая в этой героической борьбе, привела не только к открытию ворот и репатриации более миллиона евреев в Израиль, но и, по словам Натана Щаранского, существенно подтолкнула Советский Союз к распаду и тем самым, изменила мировой порядок.

Это не пустое бахвальство. Советский режим не смог устоять перед мужественными евреями, борющимися за свое основное право – жить в Израиле.

Наша страна вдохновила их: великая победа в Шестидневной войне, освобождение Иерусалима и Стены Плача, победа израильских солдат в войне с враждебными армиями, снабженными лучшим советским оружием – привели к подъему национальной гордости среди советских евреев, чью национальную самоидентификацию безуспешно пытался стереть тоталитарный режим.

Борис Кочубиевский, чей отец погиб в Бабьем Яре, в мае 1968-го года потерял работу после того, как на общем собрании выступил с протестом против дискредитации государства Израиль. В сентябре того же года, во время митинга, посвященного трагедии Бабьего Яра, где ни словом не упоминалось о национальной принадлежности убитых, Кочубиевский поднялся на сцену и сказал такие слова: здесь убивали именно евреев, и нельзя о них говорить, как о людях вообще, отнимая тем самым у них их имя и личность.

В открытом письме он писал: «Я еврей. Я хочу жить в еврейском государстве».

Этот сильный голос, волнующий нас по сей день – это голос наших предков. Это голос пророка Ионы, звонким голосом провозглашавшего в эпицентре бури: «Я еврей». Это — героическая позиция Давида, отважно стоящего перед Голиафом, который сказал: «Ты идешь против меня с мечом, копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога воинств Израильских».

«Я еврей – заявляет Борис – Я хочу жить в еврейском государстве.

Это мое право — такое же, как и право украинца жить на Украине, право русского жить в России и право грузина жить в Грузии. Я хочу жить в Израиле. Я хочу, чтобы мои дети учили иврит. Я хочу читать еврейские газеты, посещать еврейские театры. Что в этом плохого? В чем заключается мое преступление?»

Борис был арестован, судим и приговорен к трем годам каторжных работ, однако этот голос, голос тех, кто говорит: «Мы — евреи, мы хотим жить в Израиле – еврейском государстве!» — нельзя было заставить замолчать.

Ленинградский процесс, во время которого были осуждены десятки людей, во главе с Эдуардом Кузнецовым, Марком Дымшицом, Сильвой Зальмансон и двумя ее братьями, Вульфом и Исраэлем Зальмансонами, Иосифом Менделевичем и другими за их попытку угнать самолет, чтобы вырваться на нем на свободу – вызвал колоссальный отклик по всему миру. Советская власть устроила этот процесс с целью уничтожить сионистское движение на территории Советского Союза, но он привел к обратному результату: все больше и больше групп отказников выходили из подполья и начали проводить демонстрации, открыто требуя разрешения на выезд.

Деятельность борцов за выезд в Израиль из Советского Союза и их героическое противостояние попыткам властей заставить их замолчать вызвали широкий резонанс в еврейских общинах по всему миру. Это они оказали давление на советский режим и принудили его облегчить процесс получения разрешений на выезд. Активизация отъезда показала правозащитникам и другим противникам режима в Советском Союзе, что даже если на этом этапе невозможно полностью расшатать устои СССР, начался неостановимый процесс разрушения, который, в конце концов, привел к развалу этого режима.

Вы были теми, кто это сделал. Вы – сидящие здесь сейчас и сотни тысяч других, кто не смог сегодня здесь присутствовать, но все вы были там и мужественно, без страха, со всей силой своей еврейской гордости заявили: мы хотим домой. Именно вы были теми, кто сотряс и расшатал основы этого режима. Дом может быть только один. Есть много мест, и сегодня существует много мест, где евреи могут жить комфортно и без страха, но есть только один дом во всем этом мире – во всем этом большом мире – есть единственное место, являющееся нашим домом. И нет у нас другого дома. Это — наша страна, государство Израиль, которое мы будем беречь и бороться за него всю нашу жизнь – всегда.

Наряду с упомянутыми нами драматическими событиями, продемонстрировавшими героизм и мужество, здесь сегодня находятся многие из тех, кто участвовал в них, организовывал их и стал исключительным примером для других. Было и то великое письмо, написанное 26 августа 1969 года восемнадцатью религиозными семьями из Георгии (Грузии ) – письмо, которое невозможно забыть:

«Мы — восемнадцать еврейских семей из Грузии – просим вас помочь нам уехать в Израиль… – так они писали в ООН. — Невозможно понять, как в конце двадцатого века можно запретить людям жить там, где им хочется». В конце письма они написали: «Мы знаем: наш призыв дойдет до людей. Мы ведь не требуем многого. Только одного — чтобы нам позволили уехать в страну наших предков». Они уехали и вслед за ними еще десятки тысяч евреев Грузии, и сегодня они — неотъемлемая часть силы, духа и мощи государства Израиль.

Борьба евреев СССР привела к изменениям не только в Советском Союзе. Победа, которой она завершилась, изменила и Израиль. Я помню те далекие дни начала 70-х годов, и я помню начало 90-х. Я помню эту большую волну репатриантов, эту силу, эту радость, этот восторг и эту гордость, которые вы привезли сюда. Я вижу и знаю, как вы изменили Израиль во всех областях жизни — в сфере образования, в армии, экономике, промышленности, бизнесе, музыке, искусстве, культуре. Честь и хвала вам!

Я хочу поделиться вам одной личной историей, которую когда-то, в момент откровения, я рассказал моему другу Натану Щаранскому. И я надеюсь, что Натан не рассердится на меня за то, что я расскажу ее вам — все-таки эта история, так или иначе, касается всех вас. Я сказал Натану, что я в политике уже тридцать пять лет – в то время, быть может, немного меньше. Я был избран в Кнессет в первый раз в конце 73-го года. С тех пор, как я был избран в Кнессет или, может, немного раньше этого, когда я начинал политическую деятельность, принимая участие во всех драматических и великих событиях, происходивших в Израиле в те годы – я сказал это ему тогда и повторяю это сегодня вам как глава правительства Израиля – самым волнующим моментом в моей общественной жизни, с тех пор, как я себя помню, моментом, который я никогда не забуду, моментом, вызвавшим у меня слезы от волнения, была минута, когда я сидел в зале заседаний в Кнессете, и председатель Кнессета вызвал одного из депутатов подняться на трибуну и принести клятву верности как министра в правительстве Израиля. Этот человек, который сидит сегодня здесь с нами — Натан Щаранский — поднялся на трибуну и произнес: «Я, Натан Щаранский…» – и прочитал свою клятву верности как министр в правительстве Израиля. Когда я увидел Натана, стоящего на трибуне, избранного в процессе демократических выборов в независимом и суверенном государстве Израиль депутатом, а потом и ставшего министром, я тогда сказал себе: неужели это действительно случилось? Неужели этот человек и все эти люди были так сильны, упорны, дерзки, что перед ними не устояла вся российская империя? Неужели они победили ее и прорвали все барьеры, чтобы приехать в Израиль? Нет ничего в мире, что сможет устоять перед теми, кто сумел совершить такое. Я обязан вам этой минутой восторга, какого я никогда прежде не испытывал и не думаю, что еще когда-нибудь испытаю в своей общественной деятельности – в нашей общественной жизни.

Увидев свою жену Авиталь после двенадцати лет вынужденной разлуки в аэропорту имени Бен-Гуриона, Натан Щаранский сказал: «Извини, я немного опоздал». С определенной точки зрения, все евреи Советского Союза немного опоздали, но, в конце концов, они приехали, и, наконец, произошло великое воссоединение еврейской семьи – евреев Израиля с евреями из стран СНГ.

Конечно, на этом не кончается репатриация. Есть еще много евреев в России и в странах СНГ. Есть еще много евреев в еврейских общинах по всему миру: в Северной и Южной Америке, в Австралии и в Южной Африке, во всех уголках Европы. Сегодня я хочу сказать вам: нет ничего более важного и существенного, чем продолжение репатриации, которая является гарантом существования и безопасности Израиля в будущем. Я знаю, что когда они приедут, мы не всегда сумеем быть достаточно доброжелательными, так как есть у нас такая особенность – мы не всегда бываем доброжелательны в первый момент — но вы все знаете, и они тоже это поймут, что нет ничего более дорогого для нас, чем евреи, возвращающиеся к себе домой.

Прежде чем закончить, я хочу сказать, что вы, конечно, настоящие герои этого вечера, посвященного 40-летию борьбы, однако рядом с вами были и неизвестные герои, которые, подвергая себя большому риску, отправлялись во все уголки СССР — посланники «Натива» – организации, которая помогала евреям за железным занавесом. Они тоже часть этой героической истории. «Еврейское агентство», над которым мы так охотно подсмеиваемся и так любим его критиковать, возглавляло борьбу за евреев Советского Союза, способствовало, при поддержке евреев мира, их абсорбции в Израиле, вместе с министерством абсорбции и другими правительственными учреждениями – они тоже часть этой героической истории. Я хочу сказать всем вам, тем, кто подготовил этот вечер, а в основном вам: еврейский народ гордится вами, еврейский народ любит вас, мощь государства Израиль — это и ваша заслуга.

Благодарю за внимание.

Advertisements